Если ты не выбираешь, то выберут за тебя

В фильме «Не бойся, я с тобой» была такая сцена: главные герои мечутся по степи на лихом тарантасе, убегая от наступающих со всех сторон врагов, а какой-то декханин, скучающе пасущий овец на тех же полях, с нескрываемой завистью замечает: «Туда ехали – за ними гнались. Оттуда едут – за ними гонятся. Какая интересная у людей жизнь!».

Жизнь человека становится невероятно интересной и насыщенной событиями, если ему посчастливится посетить сей мир в «его минуты роковые». Каждый раз человечеству мнится, что после всех войн и кризисов оно достигло наконец-то определенных высот цивилизованности и спокойно может почивать на дремотных облаках мира и благоденствия. Как бы не так! Истории, как тому декханину, довольно быстро наскучивает покой, и она требует зрелищ и крови.

В романе Константина Федина «Необыкновенное лето» История проявляет себя со всей своей кровожадностью. Сначала она бросает героев в пучину Первой мировой и Революции, а затем, тут же, не давая передохнуть, – в жесткие объятья Гражданской войны. Самое поразительное в военном времени то, что обыденная человеческая жизнь не прекращается в одночасье каким-то сверхъестественным образом, уступая место исключительно сражениям, подвигам и страданиям. Человек и в военное время точно так же как и во времена мира окружен повседневными мелочами. Он так же с трудом просыпается по утрам, готовит себе суп и ест его, влюбляется и женится, и умереть в это страшное время он может вовсе не от пули, а от обычной старости. Даже к войне человек может приспособиться, постепенно обустроиться и добиться какого-то минимального комфорта. Но одно неверное движение – и все летит в тартарары.

Жернова истории, придя в неостановимое движение, перемалывают все на своем пути. И вот между этими гигантскими жерновами оказывается маленький потерявшийся человечек со своим недоеденным супом и незаконченной пьесой. Что ему делать, как спастись от бессмысленного уничтожения? Ответ прост: нужно стать частью одной из движущих сил и начать двигаться вместе с ней. Нужно определиться, на какой ты стороне, тогда даже гибель твоя не будет случайной и бессмысленной, если такое произойдет.
     Это легко удается идейным персонажам, которые изначально были не листьями гонимыми ветром, а рабочими рычагами истории. Революционерам. Им было легко выбрать сторону и идею, за которую умирать. Но как быть простому обывателю? Смириться и ждать гибели или бежать, спасаться, как от стихийного бедствия?

Представим картину: талантливый еще довольно молодой драматург, снискавший себе известность и даже некоторую славу еще до революции, приобретший импозантность и элегантную тучность, оказывается со всей своей семьей и пожитками на Саратовском вокзале в самом центре Гражданской войны. Они все еще сохраняют свои аристократические семейные традиции. Их златокудрого сыночка все еще кормит булкой гувернантка. Но они уже ни докуда не могут доехать, и нигде остановиться, их походный скарб - все, что осталось от былой роскоши.
Быть революционером во времена царской охранки довольно неуютно, но еще неуютнее быть барчуком в разгар революционных чисток. И как Бумбарашу, который ухитрился посидеть и в красной, и в белой тюрьме, Пастухову, тому фединскому драматургу и интеллектуалу с Саратовского вокзала, так же «везет» попасть под подозрение и той, и другой стороны. Причем оба раза по абсолютной случайности и недоразумению. Как бы ни пытался Пастухов остаться над политикой и вершащейся историей, надеясь, что принадлежность к миру искусства обеспечит ему иммунитет, этого не удается. Он чуть ни заканчивает свою жизнь бесславной жертвой случайного стечения обстоятельств.

Как человек мыслящий и с юмором, Пастухов, выходя из последнего места своего заключения, отказывается от роли «куры во щи». Если уж пропадать, рассуждает он, так хотя бы за дело, и зная за что. Можно сколько угодно убеждать себя, что ты вне политики и вне истории, что ты отсидишься "в домике", но твое убежище будет разрушено, все, что тебе дорого, ты потеряешь, и самого тебя вытащат из комфортного мирка и вышвырнут во мрак и ужас реальной войны, если только ты сам ни пойдешь на эту войну добровольцем защищать свой мир и свое представление о нем. Рассуждая так, Пастухов прямо из застенка шагает в свою новую жизнь идейным человеком. А то, что большевистская идея оказалась ему много ближе белогвардейской, на то были свои причины, раскрытые в романе.

И еще немного о любви, раз уж от нее и в дни войны никуда не деться.

Есть две героини. Одна постоянно подчиняется чужой воле, поэтому даже обретенное ей чувство так ненадежно, так иллюзорно. Вторая – четко знает, чего хочет, убеждена в своей правоте и сама строит свою жизнь с юношеским рвением и бескомпромиссностью. В своей сегодняшней благополучной жизни она уже готова к любым будущим страданиям и лишениям. Сложно сказать, кто из них счастливее, как, в конечном итоге, обойдется с каждой из них судьба. Но первая героиня уже в процессе происходящего с ней о многом сожалеет, а больше всего - о своей нерешительности, несамостоятельности, постоянной надежде на других. В последствии она понимает, что проживала не свою жизнь, а множество чужих, в результате так и не став ни кем, так никого по-настоящему не полюбив.

Видимо, для того, чтобы быть личностью, нужно и вправду всегда выбирать сторону, а не болтаться на ряби неопределенности. Это нужно и для счастья, и для любви, и для осмысленности гибели.